Электронная библиотека исторического факультета

Новости науки

03.04.2017 Круглый стол кафедры этнологии "Кочевники вчера, сегодня, завтра"  706

3 апреля 2017 года кафедра этнологии и лаборатория прикладной этнологии исторического факультета МГУ провели круглый стол "Кочевники вчера, сегодня, завтра", посвященный памяти выдающегося ученого-этнолога профессора Алексея Алексеевича Никишенкова (1949 – 2013 гг., в 2006 – 2013 гг. заведующего кафедрой этнологии).

Заседание «круглого стола» открыл д.и.н. профессор кафедры этнологии В.В.Карлов, отметивший вклад А.А.Никишенкова в разработку проблем истории и этнологии кочевых народов Евразии. Это не только подготовка и публикация сборников материалов по обычному праву кочевых народов Российской империи, но и интерес к разработке проблем анализа жизнедеятельности кочевых обществ в современности – исследовательское направление, которое призвано было объединить усилия ученых Московского, Уральского и Тувинского университетов, с ориентацией на изучения характера включения кочевых обществ в индустриальные и постиндустриальные способы существования человечества. Эти задачи легли, в частности, в основу программы исследовательского гранта (РГНФ, 2015 – 2017 гг.), в которую входит изучение данных процессов в отношении кочевых народов Севера Евразии, занятых оленеводством, и народов степной зоны Евразии (Россия, Казахстан, Киргизия, Монголия). Было подчеркнуто, что специфика данной тематики связана не только с тем обстоятельством, что кочевые народы, определенным образом адаптированные к условиям социалистического строя, вынуждены были после его крушения искать новые способы и формы адаптации к изменившимся вариантам связей с окружающим миром, но и тот факт, что постиндустриальное общество ныне создало благоприятные возможности (в том числе с использованием сетевых коммуникаций) включения в его адаптивные механизмы на индивидуальном уровне. Но это оставляет открытым вопрос о перспективах воспроизводства кочевых народов как целостных сообществ. Поэтому исследование самых различных аспектов жизни современных кочевников, включая как новации их бытия, так и имеющие место явления ревитализации некоторых традиционных для кочевого мира социальных и ментальных структур, необходимо внимательно отслеживать и изучать, имея в виду задачу создания адекватных научных представлений о перспективе кочевых народов в XXI столетии. Этим разнообразным аспектам проблемы (образованию, историческому сознанию, культовым практикам, семье и браку, традиционной обрядности) и были посвящены выступления участников круглого стола.

В выступлении заведующего кафедрой этнологии д.и.н., профессора Д.А.Функа была подчеркнута важность проблем этнологии и антропологии кочевых обществ, вынесенных на обсуждение «круглого стола» и положенных в основания программы гранта, в которой работают многие из участников данного обсуждения. Д.А.Функ обратил внимание аудитории на широкий научный интерес к изучению кочевых в прошлом и настоящем народов не только в отечественной науке, но и у зарубежных коллег в Европе и США. В частности, он назвал несколько обращающих на себя внимание исследовательских разработок, посвященных проблемам кочевого оленеводства и оленеводческих народов Севера Евразии, а также скотоводов ее степной зоны. Им было высказано мнение о целесообразности обобщения такого опыта и возможностях кооперации исследовательских программ с зарубежными коллегами. Это может выражаться, например, в формировании международной специальной исследовательской программы по изучению кочевников, в которую могли бы быть включены отечественные этнологи и антропологи, ведь «свое» поле мы все равно знаем и понимаем лучше, а кооперация в данном отношении может быть весьма плодотворной. Это предложение было поддержано участниками круглого стола.

Выступление доктора социологических наук, профессора Н.Р.Маликовой было посвящено проблемам репрезентации культурного наследия кочевых сообществ, традициям, новациям и практикам аккультурации в этих сферах. Автор сообщения привела много конкретных примеров участия в политической, экономической и культурной жизни России в прошлом и в современности представителей кочевых народов государства. Большое внимание было уделено также интерпретациям проблем истории и межэтнического взаимодействия в публикациях современных ученых из среды кочевых народов в регионах России и сопредельных с ней постсоветских государств. Было справедливо отмечено, что далеко не всегда такие публикации отвечают строгим критериям научности, нередко несут отпечаток современных конъюнктурных идеологических построений.

К.и.н., доцент кафедры этнологии Е.И.Ларина посвятила сообщение иеротопии святых мест Западного и Южного Казахстана. В основу его легли полевые материалы автора, собранные в течение нескольких последних лет. Были приведены интересные данные, характеризующие современные религиозные практики казахов, связанные как с культом святых мест, так и со спецификой формирования определенной мифологии, сопряженной с происходящей в постсоветское время рекультурацией ислама в жизни и в сознании казахов. Исследование феномена культа святых мест у казахов убедительно показало сложность и своеобразие сочетания классических постулатов и норм мусульманского мировосприятия с одной стороны, и реальной культовой практики – с другой. Это касается определенного несовпадения представлений «народного ислама» с исламом официальным, а также фактического сохранения под покровом исламской по форме религии целого ряда домусульманских натуралистических верований и культов, как и своеобразия статуса тех, кого казахи исследованных районов считают носителями исламской веры, специфики отношения к таким лицам в народном сознании.

Сообщение к.и.н. К.В.Ермаковой было посвящено особенностям этнической и социокультурной идентичности современной молодежи Киргизии. В основу его положены результаты пилотажных опросов молодежи, проведенных автором в г. Бишкеке в 2015-2016 гг., а также данные статистики и СМИ, результаты историко-социологических исследований последних лет. В задачу исследования входила фиксация специфики встраивания киргизской молодежи в новые социально-экономические условия после политических событий в республике в 2010 г., включая возникающие в его процессе сложности. Автор ставила задачу выявления различных символов и ценностей, значимых для формирования этнической идентичности молодежи, ее представления о национальном характере своего народа, знания и представления об этнокультурных маркерах. Предполагалось также исследовать степень технической оснащенности студентов, навыки владения информационными технологиями и в целом оценить степень вовлеченности молодежи в современные экономические и социальные процессы в меняющемся обществе. Результатом опросов может быть предварительный вывод о том, что несмотря на знание национальной культуры и почитание морально-нравственных установок своего народа, культурная глобализация на основе западных ценностей, характерная для постиндустриального мира, привела к выработке новой системы ценностных ориентаций в молодежной среде Киргизии. Наблюдается «вестернизация» социокультурных потребностей. В условиях социально-экономической и идейно-политической нестабильности общества процесс этнической и социальной самоидентификации характеризуется сложным переплетением ценностных ориентиров советского общества и начального этапа рыночной экономики. Данные пилотажа свидетельствуют о целесообразности продолжения исследования.

Три сообщения были посвящены материалам по современным культурам тувинцев России, Монголии и Китая, часть которых была собрана в 2016 г. экспедицией, организованной Тувинским госуниверситетом, с участием сотрудников кафедры этнологии МГУ. В сообщении к.и.н., доцента ТувГУ Е.В.Айыжи был предпринят сравнительный анализ тенденци изменений в свадебно-брачных обычаях и обрядности тувинцев, проживающих на территории трех соседних стран. Автор отметила относительно стойкие формы передачи этнокультурной традиции в данной сфере, обратив внимание при этом на такую сторону наследования и сохранения традиции, которая свидетельствует в том числе о более стойком воспроизводстве ряда обычаев и обрядов в среде тувинцев Монголии и Китая (то есть в группах, относительно давно отделившихся от основного этнического массива тувинцев России), в сравнении с тувинцами Республики Тыва. У последних же происходит более активное внедрение современных форм свадебной обрядности, как и изменения в брачных отношениях вообще, под влиянием современных процессов в российском обществе. Впрочем, определенное влияние контактов с соседями (монголами и китайцами) можно наблюдать и в среде тувинцев Китая и Монголии.

Сообщение к.и.н., младшего научного сотрудника кафедры этнологии МГУ А.ЕСолдатовой, подготовленное по материалам экспедиции 2016 г. в Монголию и Туву, было посвящено сложившимся современным тенденциям и траекториям в области образования тувинцев-цаатанов Монголии и тувинцев-тоджинцев Республики Тыва. Автора интересовало отношение населения к школьному образованию, сложившиеся формы работы со школьниками, развитие навыков владения русским языком (Тоджа), представление населения о месте и ценности образования как среднего, так и высшего. Результаты исследования продемонстрировали относительно высокий престиж образования как такового у обеих групп. Вместе с тем, ситуация с разными формами образования далеко не однозначная. Так, в области средне-специального и высшего образования у цаатанов наблюдалась некоторая неудовлетворенность части населения возможностями не просто его получения, но в большей степени перспективами реализации полученной специальности в своей среде, чему власти уделяют недостаточное внимание. У тоджинцев зафиксировано немало проблем с использованием в преподавании языков тувинского и русского, стремление работников сферы школьного образования привлечь к обучению больше педагогов-мужчин (что связано в том числе и с ростом числа семей с матерями-одиночками). Немало проблем остается с обучением в школах-интернатах детей, семьи которых почти все время работают в тайге (оленеводы). Эти проблемы имеют в основном не материальный, а психологический характер. В целом же автор считает, что в среде тувинцев ценность образования начинает приобретать характер некоего «символического капитала», необходимого современному человеку.

По материалам, собранным в экспедиции 2016 г., было сделано и сообщение выпускника аспирантуры кафедры этнологии С.В.Субботина. Оно посвящено тенденциям использования традиций и обычаев в воспитании тувинских детей и изменениям, происходящим в наше время в этой сфере. Представленный и проанализированный автором материал показывает сохраняющуюся в народном сознании высокую нравственную и практическую ценность традиций народной педагогики, относительно бережно сохраняемых и передаваемых новым поколениям. Вместе с тем традиции и обычаи в семейной жизни и в воспитании подвержены и некоторой трансформации под влиянием современных процессов. Мощнейшим стимулом такой трансформации послужил рост социальной активности и ответственности женщины в общественной жизни, усвоение ею новых социальных ролей. Как следствие, меняется система взаимоотношений между мужем и женой, происходит перераспределение обязанностей в семье. В результате мужчины вынуждены усваивать новое, непривычное большинству из них распределение ролей. Перестраиваются также отношения между родителями и детьми. Поскольку можно говорить, что процесс этот начался сравнительно недавно, то различия в личных и семейных устремлениях, во взглядах на семейную жизнь и ценностных ориентирах мужчин и женщин все еще очень велики. Эти различия ведут к конфликтам в семье и снижают уровень ее сплоченности. Однако, считает автор, неверно утверждать, что изменения в сфере семейно-брачных отношений носят только негативный характер: было бы правильнее рассматривать их сквозь призму дуальности характера последствий. Другими словами, каждое такое изменение имело как положительное, конструктивное значение (например, женщины получили больше возможностей для самореализации), так и обладало деструктивной силой (например, снижение рождаемости из-за стремления женщин в первую очередь реализовать себя в профессиональной сфере). Таким образом, проблемы преемственности и передачи этнокультурной традиции в области семейных отношений, оставаясь одной из основных проблем современного тувиноведения, заслуживают дальнейшей разработки, так как дают возможность представить процесс развития народа и его динамику. Отбор же прогрессивных идей народной педагогики и их развитие имеют и важное практическое значение.

Выступление выпускницы кафедры и ее аспирантуры, к.и.н., ученого секретаря ИНИОН РАН Д.Д.Трегубовой было посвящено актуальным проблемам этнокультурного воспроизводства и развития бурятского этноса, из которых представлены на обсуждение и проанализированы в основном две: особенности этнической идентификации бурят в субэтническом измерении, и проблемы функционирования и использования бурятского языка. Деление на субэтнические (или территориально-племенные) подразделения имели большое значение в дореволюционном прошлом этноса, они достаточно широко использовались имперской администрацией России в целях управления и фиска. После же революции, с созданием Бурят-Монгольской (Бурятской) АССР, развитием поселенческой и социально-профессиональной структур Бурятии и сопредельных населенных бурятами территорий (автономные округа в Иркутской и Читинской областях, ныне упраздненные) функциональное значение осознания родо-племенной принадлежности стало постепенно утрачивать свою актуальность и ослабевать. Тем не менее оно не исчезло, каждый бурят достаточно хорошо осведомлен о генеалогии собственной и своих предков. Автор считает, что в условиях деструкции сложившихся в советское время социальных институтов и групповых идентификаций в наше время происходит усиление важности этих субэтнических определителей, которые, тем не менее, вполне мирно уживаются и с общебурятским этническим самосознанием, и с гражданским, не противореча друг другу, а взаимодополняя. С субэтническими различиями, но уже на уровне языковой практики, связаны и некоторые сложности в функционировании бурятского языка. Одной из них представляется то, что бурятский, хотя и имеет статус государственного языка республики наряду с русским, но, во-первых, переводился то на латиницу, то на кириллицу, во-вторых же, менялась и его диалектная основа (сначала был избран хоринский, а затем селенгинский диалект). Все это привело к ситуации, когда на практике литературный язык существует, но его функционирование осложнено реальным сочетанием общебурятского и регионального, периферийного языкового поведения. Автор высказывает идею возврата бурятского языка к графической основе старомонгольской письменности, на которой язык функционировал в 18 и 19 вв. (хуучин бичиг) в делопроизводстве и культовой ламаистской практике. Это может позволить облегчить общение с носителями разных диалектов бурятского, а также со всем остальным монголоязычным миром Евразии.

В работе круглого стола приняли участие заведующая лабораторией прикладной этнологии профессор Л.Б.Заседателева, сотрудники, аспиранты и студенты кафедры. В заключение заседания было принято решение о подготовке на основе докладов и с привлечением заинтересованных коллег-этнологов и историков сборника научных статей по проблемам исследования кочевых народов в современных условиях.


Назад к списку новостей